Skip to main content

Удар по вечности: как события на Ближнем Востоке уничтожают архитектурное наследие и меняют  будущее городов Ирана, Израиля и Ливана

Почему разрушение памятников в Иране, Израиле и Ливане становится новой реальностью и что это означает для мировой архитектуры и строительной отрасли.

Военные конфликты на Ближнем Востоке всё чаще выходят за рамки стратегических целей и наносят удары по тому, что веками считалось вне политики, — культурному и архитектурному наследию. Новая волна боевых действий показала, насколько уязвимы даже объекты, находящиеся под международной защитой. В Иране, Израиле и Ливане повреждены десятки знаковых сооружений — от древних дворцов до модернистских кварталов XX века. Масштабы разрушений уже называют беспрецедентными, а последствия — долгосрочными и трудно обратимыми. Наиболее серьёзный ущерб зафиксирован в Иране. Столица страны оказалась под регулярными обстрелами, которые затронули не только инфраструктуру, но и историческую ткань города. По состоянию на середину марта речь шла о десятках тысяч поврежденных гражданских объектов. Среди них — жилые дома, образовательные учреждения, спортивные комплексы и, что особенно важно для мировой культуры, архитектурные памятники, формировавшие облик региона на протяжении столетий.

Особое внимание приковано к дворцовому комплексу Голестан — одному из ключевых символов персидской архитектуры. Его история уходит корнями в XVI век, а позднее он стал резиденцией династии Каджаров, сыгравшей важную роль в формировании современного Тегерана. Архитектура дворца представляет собой редкий синтез восточных традиций и европейского влияния, что делает его уникальным объектом не только национального, но и глобального значения.

В результате ударов повреждения получили отдельные залы, в том числе знаменитый Зеркальный зал. Его декоративное оформление выполнено в технике айене-кари — сложнейшей системе мозаики из фрагментов зеркал, формирующих многослойные орнаменты. Эта техника требует высокой точности и практически не поддается полной реконструкции в случае разрушения. Взрывная волна также затронула исторические витражи, деревянные элементы и садовые ансамбли.

Важно отметить, что часть ценностей удалось сохранить благодаря превентивным мерам: ещё до начала активной фазы конфликта из дворца вывезли ценные экспонаты, а интерьеры частично защитили. Тем не менее архитектурная оболочка комплекса понесла ощутимые потери, восстановление которых потребует значительных ресурсов и времени.

Под обстрелы попали и другие исторические объекты столицы. Дворец Саадабад, расширенный в период правления Пехлеви, получил повреждения фасадов и оконных конструкций. Аналогичная судьба постигла ряд административных зданий, включая бывший Сенат и исторические полицейские постройки.

Не менее тревожная ситуация сложилась в Исфахане — одном из важнейших центров исламской архитектуры. Город, который в прошлом был столицей Сефевидской империи, известен своим уникальным градостроительным ансамблем. Центральная площадь, окруженная дворцами, мечетями и базарами, считается одним из выдающихся архитектурных пространств мира.

Во время обстрелов пострадали дворцовые комплексы Али-Капу и Чехель-сотун. Эти здания известны своими фресками, изразцами и зеркальными элементами, создающими богатую декоративную среду. Однако именно эта сложность делает их крайне уязвимыми: даже незначительные повреждения могут привести к утрате уникальных художественных деталей.

Дополнительный фактор риска — состояние грунтов. В последние десятилетия в центре Исфахана фиксируется проседание почвы, из-за чего в зданиях уже появились трещины. Любое внешнее воздействие, включая взрывную волну, усиливает разрушительные процессы.

Пострадала и Пятничная мечеть — один из старейших религиозных объектов региона. Её архитектура отражает эволюцию строительных традиций на протяжении более чем тысячи лет. Повреждение облицовки, в частности утрата характерной бирюзовой плитки, означает не просто физический ущерб, но и утрату исторического слоя, который невозможно полностью воспроизвести.

В других регионах страны разрушения затронули менее известные, но не менее значимые объекты. В курдских городах повреждены особняки XIX века с характерными декоративными элементами — резьбой по дереву и витражами. В Лурестане удары пришлись на территорию музейного комплекса рядом с древней крепостью, где размещались археологические и антропологические коллекции.

Израиль также столкнулся с потерями в архитектурной сфере. В Тель-Авиве под удар попал так называемый Белый город — уникальный ансамбль модернистской архитектуры, сформированный в первой половине XX века. Этот район создавался с учётом климатических особенностей региона: узкие балконы, небольшие окна и продуманная система затенения делали здания функциональными и устойчивыми к жаре.

Повреждения получили жилые дома, в том числе здания с характерными округлыми балконами и наружными лестницами. Многие из них были недавно отреставрированы, однако теперь требуют повторного восстановления. В ряде случаев здания оказались непригодны для проживания, что поднимает вопрос не только о сохранении архитектуры, но и о безопасности городской среды.

В Иерусалиме обломки ракет задели территорию Старого города. Повреждения затронули крыши рядом с религиозными объектами, что привело к временной остановке богослужений. Хотя разрушения не были масштабными, сам факт их возникновения в столь значимом месте имеет символическое значение.

Ливанская ситуация демонстрирует, что под угрозой оказываются не только современные города, но и древнейшие археологические комплексы. В районе Тира удары пришлись на зоны, окружающие античные руины. Были повреждены элементы римской инфраструктуры, включая участки, прилегающие к входам в археологические зоны.

Особую обеспокоенность вызывает тот факт, что многие из этих объектов не имеют никакого военного значения. Тем не менее они оказываются в зоне поражения, что ставит под сомнение эффективность международных механизмов защиты культурного наследия.

Согласно действующим международным нормам, включая Гаагскую конвенцию 1954 года, памятники должны маркироваться специальными знаками и исключаться из военных целей. Однако практика показывает, что даже наличие таких обозначений не гарантирует безопасности.

Международные организации фиксируют рост числа поврежденных объектов и призывают стороны конфликта соблюдать нормы гуманитарного права. При этом эксперты отмечают, что восстановление многих памятников либо крайне затруднено, либо невозможно в принципе. Утрата оригинальных материалов, технологий и контекста делает реконструкцию лишь частичной заменой, но не полноценным возвращением утраченного.

Дополнительное напряжение вызывает общественная реакция. В условиях человеческих жертв обсуждение разрушений архитектуры воспринимается неоднозначно. Тем не менее специалисты подчеркивают: речь идет не только о зданиях, но и о культурной памяти, которая формирует идентичность народов. Таким образом, текущий конфликт демонстрирует, что архитектура в зоне боевых действий становится не просто случайной жертвой, а одним из ключевых элементов разрушения исторической среды. Потери, которые несет культурное наследие, будут ощущаться десятилетиями, а в ряде случаев — безвозвратно. Для строительной отрасли и профессионального сообщества архитекторов это сигнал о необходимости пересмотра подходов к защите объектов, разработке новых технологий консервации и созданию международных механизмов быстрого реагирования. В противном случае человечество рискует потерять значительную часть своего архитектурного наследия уже в ближайшие годы. 

Ранее мы также писали об Иране и Дворце Голестан: объект ЮНЕСКО в Тегеране поврежден во время авиаударов, а еще рассказывали про удар по архитектурному наследию Ирана: дворец «Сорока колонн» в Исфахане получил повреждения.

Войдите, чтобы комментировать:
0 комментариев
Новые
Старые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Новости по теме
Последние новости
Как выглядит квартира 190 «квадратов» супермодели Натальи Гоций, возлюбленной миллиардера Романа Абрамовича

Бывает, что дорогой ремонт, заказанный из-за океана, оказывается слишком красивым для реальной жизни. У Натальи Гоций вышло именно так.

В Брянской области продают дешево (за 2,42 млн рублей) дворец Кваренги на 365 комнат: здесь жил министр Завадовский и выращивали ананасы

Бывают лоты, у которых история богаче, чем всё остальное. В селе Ляличи Суражского района продается дворец Петра Завадовского, первого министра народного просвещения Российской империи.

Дата публикации 09-11-2026 18:00
Ввод частных домов в России сократился почти на 11 млн кв. м, а ипотека на ИЖС выросла: почему показатели расходятся

Рост кредитования после обвала 2025 года, потери в крупнейших регионах и переход подрядчиков на эскроу. Что происходит с рынком ИЖС и чего ждать в 2027 году.

Дата публикации 09-11-2026 15:00
Всё о стройке

Независимая площадка девелопмента
России и стран СНГ